Другие эту собранность вещей называют целым. Проблема в том, что любая часть колесницы может выступать в роли подобной собранности (калапа), вплоть до собранности, известной как ану-калапа. Даже сами ану в этом ракурсе являются не дравя-сат, а именно праджняпти-сат, поскольку состоят из как минимум восьми частей - четырех первичных рупа-дхату (махабхут) и четырех вторичных бхаутик (цвет, вкус, обоняние и осязание).

Целое тоже берется как отдельный предмет. Никто не обращается к совокупности дхарм по имени и отчеству.

Собранность - механический аггрегат, целое - органично. Даже колесница органическое целое, потому что она может выполнять свое предназначение даже при отсутствии некоторых ее частей.

Отчего же, он как раз и подмечает, что целого они не замечают, потому и не говорят об этом. Буддсты, вообще слабо замечают целое. Вот если бы они, они сказали - да, типа, некое целое обозначается, но говорим мы только об имени, которое не есть никакая другая часть. Насколько, понятно, потом из этого вырастает целая "вада слова" - оно, то чем не является. Т.е. колесница это не части которые ее составляют, колесница это "отрицательность" по отношению к своим частям (именам частей).
Сообственно, это тот же самый "прием" который "творит" анатма-ваду, и имено это проясняет Нагасена.
Можно пофантазировать и в сторону современости: разве не аналогично поступает Гуссерль в своей редукции? разве "отрицательность" эпохе не позволяет проявиться собственной сущности "целого"? Целое это не части которые его составляют, да, собрание частей можно назвать именем, но вот "целое" разве только имя?

Если отрицают, значит замечают. И совершенно логически подошли к нигилизму, т.е. к пустотности всего сущего (несмотря на неприятие уччхеда-вады, которое учение нигилизмом не является - оно пример деструкционизма).